Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
07.08.2017

Сучки с задоринкой

Автор: Александр Чистович
                                                       Посвещ. кучерявому пацанчегу АУЛа. Аффтырь

 Саня-Касаня откинулся с третьего яруса шконки без тапочков и начал неторопливо рассказывать:
«Годков двадцать назад ухайдакали мы с одной ласковой парчушкой в Париж на предмет ихнюю прочую древность позырить и на досуге обмусолить с корешами. Ну, там, определили нам какой-то не самый сраный готель, так, где-то на полушку третьего. Короче, еблись мы остервенело в этом столичном логове у лягушатников цельных три дня на футбольных полях ихних многоспальных коек то ли с перепугу буржуйского, то ли от нехуй делать. Ну, и апосля у парчухи тупопиздность восторжествовала –горжетка дала сбой, т.е. начался кровавый холокост. Мне, конечно, похуй, не в первом, блять, классе, как-никак лёгкий переёб наметился. Но всё же кое-что осталось в яйцах. В смысле небольших избытков сперматозавров. А хуле?
Поскучал я, значит, глазами в аккурат после приёма обеденного питания вдоль до угла калидора нашего готеля (а этаж был какой-то двузначный, но не больше сорокового!) и надыбал одну такую бредущую праздно черномазенькую посикуху. Я чуть не подавился мацой в прямом эфире.  «Кукан тебе в очелло, скобейда помойная» , - высвечивало моё мурло. Как выяснилось, звали чернушку Рашелью и она временно отиралась в каком-то клубе с вывеской «Lido». Такая симпатная туловищем, мурло щекастое, фисяры – что у нашей прыгуньи с шестом, которую из-за допинга перевели в менеджеры, ну, а пися и сися – супер! Опять же ягодички такие набухшие. Так, бля, и засадил бы шершавого, если б не пиндосня почтиполувозрелая, шныряющая в пределах территории туды-сюды без надобного занятия.
Не скрываю: пялился на неё аки из обезьянника на буфера Нефертити. Сукой буду. Она, естественно, мою похотливую искру словила и так невзначай своей шоколадной сахарницей вильнула, что я маленько подзахуел, аж дилда замаячила в рейтузах. Ёк-макарёк. 
Вечерком на халяву (всё включено, ёпт!) хлебал я напару со своей выпендрёжницей от холокоста какую-то бормотень на пятнадцать градусей, не крепче. И надо сказать, что от неё только школота балдеет, да парчухи при виде местной Эйфелевой кукурузины. Вот я весь в каком-то предчувствии и говорю ей, значит: «Отвали, красавица. Дай мне мысли свои додумать с левого угла до притолоки». Парчуха понятливая: заглотила на ход ноги пару стакашков, да в путь, до койки, морфейничать.

Сижу, скукой пробавляюсь, шмонаю в себе любви чудесные порывы. Ну, и тут, «ву-а-ля, товарищи пассажиры, ево величество случайность!»  Откуда ни возьмись, поглощающая слишком много света и моего неутолённого досуга чернотелая посикуха, такая вся из себя ногастенькая и сисястая шкандыбает к буфету. Рейтузы сделались мне тесноватыми: хуй восстал и зацепился за крышку стола, за которым кроме меня восседали два каких-то фраера. Белозубо, значит, так, засмеявшись, подмигнула мне (!), метнулась к бару за какой-то хренотенью в местном хрустале и ко мне подсела. «Ни себе хуя?!»
Я, сцуко, малось по-наглицки шпрехаю. Ей бо. Потрепались, канешно, в целом какбэ ниачом, типа о домашней живности котяр и котофеев. Привожу пример:
Rashel:
 – The name of my cat is Giordano Bruno.
I am:
O, yes! You are sadist!
 Rashel:
No, he just likes to look at the stars.
I am:
– Is your cat sees in the dark?
Rashel:
– Of course, because he could not reach the switch.
И в самом деле, хороших баб и благородных котов надобно любить не западло, а по честнаку, ибо, ответственно заявляю: оне – самые что ни на есть первые геймеры, которые придумали игры с мышкой. Ну, да, ладно. Как говорится: без рубашки – ближе к телу. Особливо, ежели оно грамотно упаковано. И не наше, а форинское, чтобы не сказать негритянское.
А после, когда в лифте с нулевого этажа на какой-то там тридцатьхуйевознает который  поднимались, она, хуяк, кнопку «стоп» нажала. И момент ухватила, да как накинулась на меня и давай слюнявить. Руку свою чёрную с розовой ладошкой – в мои рейтузы и яйца оглаживает будто доярка тельную корову. Я, хули теряццо, нащупал зиппер на ейных джинах, тяну к полу, а ручонкой своей сразу щекочу ей шмоньку. Которая в отличие от бабцов наших дебелых имеет место быть без волосастости, такая, значит, бугристая да с пухлыми телесными губищами. На что Рашель спикает: «Ноу! Ноу!». «Пуск» рубанула и, как только дверь на ее этаже открылась, рванула гепардом по полуосвещенному калидору. А я, ну, хули, поехал до своего, значит. Стою в лифте, в зеркало смотрюсь, пальцы нюхаю, которыми слегонца в вагину чернокожую макнул. Потом аккуратно вытер руку о зеркало – сердечко нарисовал, и пошел в номер делать баиньки, поскольку моя чвырла   менструальная, похрапывая, с Морфеем мацалась, и эпизодически попердывала.
Поутрянке парчуха моя, выспавшись, но не позавтракав, упиздовала в поисках сарая товарища Бальзака, в котором он прелюбодействовал с обыкновенной козой, а я, делая на своем ебальнике вид несчастнее, чем у Карлсона, у которого оторвали  этот ёбаный пропеллер, похуячил в номер. Надо было отоспаться до завтрака хотя бы пару часиков и приготовиться к блицкригу, ибо: или сегодня, или никогда должен я отодрать эту самую черножопую Рашель, а иначе придётся в одиночестве, как обосранному оленю, поедать волшебные кактусы, растущие в этом не самом засраном готеле, и лениво пописывать виртуальную психоделическую поэзию и прозу. Такие вот пироги с котятами.
Мобила возвестила начало завтрака. Быстро умылся, побрился, попшикался вкусным парфюмом и погнал в столовку. И чтобы вы думали: встречаю вызревшую до падения с райского древа познания доброй и злой ебли мечту своего оголодавашего члена – Рашель. Подойдя к ней со спины, провел ладонью снизу вверх (я охуеваю!) по ее эбонитовой коже. «Хэлло, Рашель! – говорю. Она, сучара, зашелестела всем своим животом от бедра и до развилки жопы. – Ду ю вонт ми? – спрашиваю. Бабец, конечно, заерепенился, дрожит, но самообладание не теряет, – Хэлло, май френд, – говорит, – Уай нот?!».
Берло, пацаны, не в кайф, всё заглотил, а что именно – не помню. Схватил её запястье, стал трястись, аки лист осиновый, бабца чёрного тяну посредством локтя и – в нумер, пока моей-то парчухи нет. Вот это да!!!

Лифт. О, блять! Эдакий общегражданский транспорт неизвестного маршрута: вместе сели, вместе доедем. А что произошло в этом движителе домостроительного прогресса
28 марта 1985 года? А то, что на 98-ом году жизни дяденька Марк Шагал скончался в таком же лифте, поднимаясь после целого дня работы в мастерской. Он отбросил ласты какбэ "в полете", как когда-то предсказала ему цыганка, и как изображал он себя летящим на своих картинах. Творческий срач на тему вышедшего из-под его кисти до сих пор является объектом эстетического дрочерства недоносков и дегенератов из культурных прослоек общества. Вот. Такова сермяга от информации.
Хотелка из нас выпирала так, что чуть не совокупнулись в нем, т.е. в лифте. Помешали ехавшие вместе с нами форины, напоминающие больных краснухой Колобков, которые косились на нас и немного стеснялись. До комнаты, как говорят шахматисты: «Е2-Е2» добежали.
И откуда столько прыти в такие моменты?
Здесь в легушатском готеле после первой палчонки с моей тупопиздной парчухой все осуществлялось просто, как у пулеметчицы Анки: отстрелял, прополоскал дуло и – баиньки. Ствол охладел, враги мертвы! Настоящий мужик тот, кто после секса посылает бабу к ебеней матери, но делает это так, чтобы она отправлялась к ней с чувством глубокого удовлетворения. Однако на предложение продолжить еблю, я выслушивал раз несколько короткие тирады о собственной половой распущенности и мантры о превентивной кастрации. 
Но с Рашелью все было не так. Она схватила мою вибрирующую дилду черной, как асфальт, рукой и, склонив голову, начала объект жадно фаловать своими пухлыми верхними губами, сглатывая набежавшую слюну.
В итоге я кончил такой напористой струёй, что чуть сперма из ушей моей негритухи не попёрла. Заглотив питание и облизнувшись, она поменяла диспозицию и охватила мою членяру своими чёрными сиськами. Ощущения были фундаментальными и семантически неописуемы. Пацанка играла сисярами, как жонглер табуретками. Таки-пошёл по третьему кругу!
Что оставалось делать, спросите вы меня? Перекинул чернявую через себя хребтом на лежанку, закинул её длиннющие ножонки себе на плечи безбашенного остеника и начал остервенело добивать эту розовую петлю гистерезиса своим онемевшим от охуелости болтом. 
– Оу е, фак ми! – орала чернопопенькая и, остервенело мотая головой, лупила руками по затруханным простыням, – Фак ми дипе! Фак ми стронге! Ю а крэйзи рашан мен!
- Фа… Фа… Фак машин! – вырывалось у Рашели вперемешку с ихним матерком, мычанием и поминальными стонами. Таких бешенных нот без бемолей и диезов не слыхал даже седеющий Куклачев от своих котофеев.
Рашель вибрировала горлом, мотала ляжками вместо бёдер  и колошматила мой живот  своими оранжевыми буферами, поэтому мне пришлось сбавить темп, отчего у посикухи во внутрянке сделалось тепло и сыро. Я соскочил со станка, перевернул её, похлопав по лиловым ягодицам, наступил своими коленями ей на икры, чтоб уменьшить амплитуду возвратно-поступательных движений своего шершавого товарища и начал запшенжевать его в манере «
Piano».
Но, то ли от подливы негритянской, то ли просто я сам по сути слегка выдохся, хуй, грустно хлюпая, начал терять боевое настроение.
- Мо! Мо! АЙ ВОНТ ФАКИН МОООО!!! – стонала Рашель.

И дело не в моем мужском эго и желании утвердится жеребцом в глазах чернокожей девахи. Дело в великой ответственности за Россию, представителем которой я являюсь до сей поры. Что ж это такое, Пиндостан просит, просвещенный Евросоюз требует, а мы не могём?! И пронесся рысью в моей костяной голове сокровенный меморандум: «Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем ебать. Если ты не выебал за день хотя бы одного бабца, твой день пропал. Если ты думаешь, что за тебя бабца выебёт твой сосед, ты не понял угрозы. Если ты не выебёшь бабца, бабец уебёт тебя. Он возьмет твоих пацанов и будет дрочить им хуй в своей окаянной Черножопии. Если ты не можешь уебать бабца хуем, уеби бабца огурцом. Если на твоем участке безбабцовье, если ты ждешь от бабца ебли в голову, уеби бабца в очко по самые помидоры до ожидаемой ебли. Если ты оставишь бабца неёбаным, бабец выебёт тебя фаллоимитатором и опозорит твою жопу. Если ты выебал одного бабца, выеби другого — нет для нас ничего веселее отъёбаных бабцов. Не считай дней. Не считай верст. Считай одно: выебаных тобою бабцов. Выеби бабца! — это просит старуха-мать. Выеби бабца! — это молит тебя дитя. Выеби бабца! — это кричит родная земля. Не промахнись. Не пропусти. Выеби!»
 «Хуй вам!» – мог бы сказать я, т.к. в связи с невыносимой хулиганской усталостью болтевич начал показывать себя сморщенным, а одиноко висящая капелька спермы, основа которой представлена белком с вкраплениями углеводов, которых так не хватает голодающим детям Африки, означала грусть и нерешительность. 
Однако, как сетовал бравый солдат Швейк: «Смех-смехом, а пизда – кверху мехом. Конечно, рефлексии интеллектуалов-первоходок (это я про себя, любимого), погруженных в нашу абсурдную действительность, уже приелись, да и сам такой пассажир уходит в прошлое, но оригинальные рассуждения непростого сидельца, его самокопание, интересны всегда, в какой бы форме они не были бы представлены. А то, что я (как сказал бы Веничка – мудила грешный) хотел бы воплотить в это маловысокохудожественное эссе некую глобальную общечеловеческую парадигму, не обозначает ничего, это просто лулз, угарно, зыко, ржачно, точно также как трололо – семантическая пустота, знак без обозначаемого, ебаный симулякр, какая-то бестолковая, блядь, блевотина на остопиздевшую тему с прекрасными словами «либидо», на которую у меня обида, которая изобилует эротическими переживания пэтэушницы,  могущей лишь взволновать убогую детскую комнату милиции».

Короче – Сочи. Рашель выгнулась так, что голова ее чуть не залезла ей же в жопу. Осатанев, всеми фибрами своей бестолковки, ощущая дефолт мозга, остервенело засадил ей по самые никуда. Вот оно, чудо чудес, то, чем отличается от всех человеческих побуждений и помыслов, творений и созиданий — огней земных, эта небесная молния, ослепительная вспышка магния… Блять…
 
… Последнее, что я увидел перед собой, так это еле заметный веник на бордюре с надписью: «Саня-Касаня, здесь упокоившийся,  пал жертвой святого безумия, себя погубил, и мира не спас».  От попководцев-сосаетников.
    
      *    *    *
Такие, вот, они, эти темнокожие сучки с задоринкой!»
 
 
 


Возврат к списку


Sanya-Kasanya 07.08.2017 23:16:04

Брателло! Ты б лучше обрисовал процедуру подготовки пацанчегов по понятиям, коли считаешь себя корифаном!
Я, по чеснаку, бля буду, проходил «академию», сдал «экзамены» и получил вешку от козлятника. Поясняю:
«В начале ХХ века воспитанием молодого поколения преступников занимались так называемые воры-козлятники. Тогда производное от слова «козел» еще не имело уничижительного значения и не указывало принадлежность к масти зэков, сотрудничающих с лагерной (тюремной) администрацией. «Козлятник» – вор-профессионал, обучать «пацанов» он мог как на свободе, так и за решеткой. В тюрьме этот процесс был более предпочтительным, поскольку не влек за собой никаких последствий для обучаемого в плане перспективы уголовного наказания. А воровать у своих в заключении во все времена считалось западло. Институт подготовки вора на криминальном жаргоне назывался «академией», и учеба в нем продолжалась, как минимум, три года. В течение этого периода к «пацану» присматривались и прикидывали, годится ли он для вступления в воровскую общину. По истечение срока воровских «курсов» собиралась специальная сходка, на которой «пацана» после произнесения им определенной клятвы нарекали общепризнанным вором. Наиболее преданные ворам в законе и авторитетные «выпускники» «академии» могли на такой сходке получить статус «положенца» (кандидата в воры в законе). Одна из прямых обязанностей законника Привлекать в воровскую среду молодежь – непременная обязанность настоящего вора в законе. Более того, контрагитация «пацанов», отталкивание их от воровских традиций считаются у «законников» подрывом основ воровского бытия и карается смертью. На воле воры вовлекают в свою среду подростков и юношей, всячески романтизируя и героизируя образ жизни преступника. «Наставник» находится в постоянном контакте со своим «учеником» – приучает его к употреблению спиртного, наркотиков, общению с легкодоступными женщинами, одалживает деньги, показывает, как надо играть в карты «на интерес». Постепенно молодой человек оказывается в зависимости от своего старшего товарища, в том числе и материальной. Долги надо отдавать и доставать средства на продолжение разгульной жизни, которая неискушенному юноше уже понравилась. Вор берет новичка на дело, где воровские приемы отрабатываются на практике. «Ученик» после этого становится подручным своего «учителя», его батраком. «Абитуриенты» для воровской «академии» чаще всего набираются из неблагополучных семей или просто с улицы. Это бродяги, воспитанники детдомов, юные хулиганы, мелкие воришки. Поначалу они используются как сбытчики краденого, разведчики, связные или порученцы. Облеченные «доверием» воров становятся их оруженосцами, они перегоняют угнанные автомобили, доставляют тот или иной товар по назначению. В последнее время воры стали направлять юношей в различные борцовские секции, чтобы подготовить из них контингент для силовых акций, и даже в вузы МВД – для создания сети своих людей в органах внутренних дел. Воры активно вербуют молодое пополнение в среде неформальных молодежных объединений, стараясь со временем превратить их в криминальные структуры».

Александр Чистович 07.08.2017 23:33:09

Бля! В АУЛе – помидоры,
зелёные и красные.
Sanya негру опозорил,
мудаки несчастные!

СВЕТЛАНА 07.08.2017 23:38:56

Нам в школе говорили, что если срубить дерево, то по количеству колец можно узнать, сколько ему лет. А если человеку отрезать ногу, можно узнать сколько ему лет по кольцам из мышц?
— Но ведь можно просто спросить, зачем человеку ногу-то резать?
— А если он врет?

Яблочный спас 08.08.2017 09:11:35

Ебака ты Сергеич. Истинный и неповторимый Ебака.

Про Шагала не знал - интересно.

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Иуда же сказал Иисусу:
"А что будут делать крестившиеся во имя Твоё?"
Сказал Иисус:
"Истинно Я говорю тебе, Иуда, что приносящие жертву Сакле творят всякие злые дела. Ты же превзойдёшь их всех, ибо человека, который носит Меня в себе, ты принесёшь в жертву. Уже твой рог вознёсся, и твой гнев наполнился, и твоя звезда закатилась, и твоё сердце захвачено….Вот, тебе рассказано всё. Подними свои глаза, и ты увидишь облако и свет, который в нём, и звёзды, окружающие его, и звезду путеводную. Это твоя звезда".
Иуда же поднял глаза, увидел светлое облако и вошёл в него....И первосвященники роптали, что Он вошёл в комнату Своей молитвы. Были же некие их книжников, наблюдавшие, чтобы схватить Его на молитве, ведь они боялись народа, ибо Он был для них всех как пророк.
И они встретили Иуду, они сказали ему:
"Что делаешь здесь ты?! Ты ученик Иисуса!"
Он же ответил согласно их желанию. И Иуда взял деньги, он предал им Его.
*******************************
/«Новый завет без изъяна евангелиста Демьяна»/:
И вот стало явным, что было тайно:
Сохранилось случайно
Средь пыльной пергаментной груды
«Евангелие от Иуды»…
Нечто вроде дневника
Любимого Христова ученика…

Видно, совесть у предателей чиста.
Среди них бывают тоже чудо-юды.
Снова вышла биография Христа
В популярном изложении Иуды.
/Роман «Евангелие от Иуды» Генрика Панаса/