Публикации Написать письмо
Последние публикации

Архив эфиров

0
12.04.2012

Литературный обзор 2 - 8 апреля


   



 
 
Литературный обзор от 2 апреля до 8 апреля.
Весна подкрадывается на цыпочках, тают посеревшие сугробы и писатели интернет-портала Аудиолит обращаются к своим корням, к мыслям о родине и семейных корнях.
Неизвестно почему, но наши писатели выдерживают общий дух повествования на протяжении всей прошлой недели.
Манящие темы дороги, жизненного пути, созерцания и самокопания переплетаются и развиваются в прозе Антона Чижова, конкретнее – в его маленькой повести «Путешествие из Петербурга к самому себе», выложенной на сайт Аудиолит в трех частях. Выбранное название и общий дух повествования отсылает к сентиментальному повествованию Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву». Возможно, автор не подразумевал такой параллели, однако чувствуется некоторая схожесть этих произведений – в хорошем понимании, разумеется. Семантическое пространство, созданное автором и поддержанное внимательным читателем, образует огромное количество уровней понимания сверхзадачи. Именно в этом, на наш взгляд, и состоит уникальность восприятия произведения Антона Чижова «Путешествие из Петербурга к самому себе».
Более закрытым к сотворчеству читателя выглядит рассказ автора bubamara «В день, когда он умер». Больная тема несовершенства семейных отношений может располагать читателя к сопереживанию, но автор не оставляет возможности взглянуть на ситуацию с разных сторон. Произошло некоторое навязывание автором одной, вполне определенной точки зрения. Проще говоря, автор последними действиями своей героини буквально разжевал нам сложившейся конфликт в ее душе, что в конкретном случае не пошло на пользу при прочтении. Все время рассказа о тяжелой судьбе забитой и угнетённой девочки читатель находится в напряжении, однако выглядящее крайне наивным решение всех проблем с помощью шоппинг-терапии, во-первых, отсылает нас к термину «женская литература», а во-вторых, заставляет почувствовать некоторую неудовлетворённость тем, что разрешение конфликта оказалось до боли прозаичным. Упомянув термин «женская литература», хочется его немного пояснить. Периодически встречаются произведения (будь то фильмы, литература или музыка), которые, либо в стилистике своего повествования, либо в выбранной сюжетике или в фабуле, отсылают читателя к поступкам, свойственным какому-либо определенному полу. Данное обстоятельство вызывает отторжение читателя другого пола, ведь, как правильно сказано в произведении Чижова «Путешествие из Петербурга к самому себе», писать о марафете, будучи автором-мужчиной, невозможно, а женщинам только это и интересно. На наш взгляд, следует избегать подобного рода сюжетных поворотов, дабы не искушать читателя и не делать собственное литературное творчество зашоренным, подготовленным для восприятия небольшой понимающей аудиторией.
Тема дороги и поиска утраченного времени раскрывается в произведении автора ВолденЪка, это новелла под названием «Порожняя ходка». Мастер создания атмосферы и ауры повествования, ВолоденЪка очень глубоко проникает в психологические состояния своего героя, что, несомненно, вызывает уважение к автору произведения и чувство непомерного удовольствия от прочитанного.
Дорога, все та же дорога появляется в произведениях уже упомянутого автора ВолоденЪка и автора Стен Голем.
"Шалман на колесах" красочно описывает атмосферу происходящего, однако на фоне этого смачного описания основная философия, вложенная в уста проходящего героя, вместе с ним проскальзывает мимо читателя. Конечно, если бы это был всего лишь эпизод в большом повествовании, тогда такой подход мог бы быть оправдан, но когда рассказ построен так, что вопрос Бога и его существования – в центре построенной конструкции, тогда и само повествование об этой достаточно скользкой и неоднозначной теме должно быть столь же смачное, как пространство вокруг него.
Стен Голем тоже связывает свое произведение под название "Конфуцианец Михеев" с машиной и дорогой. Очень приятно видеть столь сочетаемые вещи, как философия Конфуция и петербургский «бомбила». В этом состоит некоторое мистическое таинство. Хоть и можно такое представить в жизни, но такие сочетания настолько редко встречаются, что кажутся сказкой. Весьма обычными, реалистическими средствами автору удается создать уникальный, немного загадочный колорит своего произведения. В этом свете даже Петербург выглядит зазеркальным. Все родное, но все же в городе, описанном Стеном Големом, присутствует какая-то неизвестная читателю тайна.
Единственно, хотелось бы заметить, что окончание произведения создает некоторую подмену понятий. Трудно установить, имел ли автор некие символистские намерения или стремился к эффекту неопределенности и зыбкости в очертаниях главного героя. На протяжении всего произведения Михеев достаточно учтиво и мягко общался со своими клиентами, однако в развязке произведения мы видим, что недоплатившему Михееву до гнева обидно. При построении героя, который цитирует Конфуция, не пристало гневаться на обычных, да еще и подвыпивших людей. Можно предположить, что Стен Голем пытался создать своего рода перевертыш в восприятии главного героя. При прочтении последних двух фраз мы видим, насколько Михеев по сути недалекий и мелочный. Однако для укрепления перевертыша в восприятии Михеева двух последних и достаточно просто брошенных фраз все же недостаточно.
Появилось на прошлой неделе и уникальное в своем роде произведение от автора Галины Сафоновой-Пирус под названием «Ведьма из Карачева — ровесница века». Интересное построение сюжета и своеобразная манера преподнесения материала радует и обнадеживает. Однако те крупицы материала, которые выложены в данном произведении, настолько разрознены, что это напоминает «поток сознания». Если зарубежные авторы, принадлежащие к подобному направлению, творили обычно что-то символично-сюрреалистическое, то здесь из-за малых и стремительных обрывков воспоминаний кажется, будто перед неминуемым падением мы силимся вспомнить все, что происходило с нами за всю жизнь. Несомненно, это ново и интересно, но хотелось бы не только проникнуться произведением по горизонтали (вскользь и урывками), но и по вертикали (вглубь и более вдумчиво). Возможно, в формате сайта Аудиолит стоило бы выложить всего несколько историй, зато они воздействовали бы на читателя бы не только с помощью перечислений действий, но и через эмоциональные переживания главной героини.
Последнее произведение, которое хотелось бы обсудить в рамках рубрики Проза, это главы из повести автора Otdushina под названием «Возвращение». Сразу же хочется поблагодарить язык и стиль автора, которым автор столь убедительно и четко описывает происходящее. К сожалению, выбор фамилии героя, которая больше всего появляется на страницах повествования, немного путает с начала прочтения. Фамилия Стоянов ассоциируется у нас лишь с известным комиком. Возможно, стоило бы взять более нейтральный вариант. Приятно, что отрывки из повести, опубликованные на сайте Аудиолит автором Otdushina, заставляют задуматься над многими вопросами. Интересно построен психологический портрет героя. С одной стороны, этот человек выбился нечестным бизнесом «в люди», следовательно, он должен быть холоден и расчетлив, однако от мысли, что его жена умерла (что, возможно, недостоверно), Стоянов выбит из колеи. Затем, как мальчик с неустойчивой психикой, он бросается от мысли к мысли и в итоге приходит к воспоминаниям о своем сыне. Впрочем, после появления сына образ жены в его сознании уходит на второй план. Сложно представить достаточно обеспеченного мужчину, который ни с того ни с сего начинает так себя вести. Человеческий фактор? Возможно. Но. В этом есть какое-то но, которое не позволяет читателю до конца проникнуть в дебри чужой души. И все же возможность открытого конфликта между Стояновым-бизнесменом и Стояновым-личностью весьма импонирует. Отметим при этом, что даже при столкновении в характере героя противоборствующих сторон необходимо чётко отслеживать причинно-следственную связь. Почему, если Стоянова задела мысль о жене (он вспомнил, что любит ее), он столь быстро о ней забывает...
Допуская, что произведение автора Otdushina еще не окончено, выразим надежду на то, что продолжение даст нам понять, как следует относиться к главному герою и его сумасбродным поступкам.
Вот и пришло время для рубрики Поэзия. Весна порождает рифмованные строки, напоенные громадным количеством самокопания, переосмысления еще одного года своей жизни.
Автор Куб вновь погружает нас в мистический и загадочный мир в стихотворениях «Апрель» и «Крыши башни». Стремление автора сознательно «открыть» произведение для свободной реакции адресата безусловно импонирует и является интересным современным решением. Произведения, предложенные автором Куб, лишь «намекают», «наводят на мысль», но восприняты такого рода стихотворения могут быть лишь с вовлечением всех эмоциональных и творческих ресурсов читателя-интерпретатора.
Более грузным и пафосным, в хорошем смысле этого слова, предстают перед нами произведения автора Барыбино « Четвертый» и «Сфинкс». В поэзии Барыбино есть нечто, что проникает в самые сокровенные уголки нашего сознания, возносит читателя и действительно заставляет задуматься о смысле бытия, о нас самих. В этом весь смак произведений «Сфинкс» и «Четвертый».
Более жизненно приземленным, но от этого не потерявшим своё обаяние, выглядит произведение автора Заур Кулиев (Параноев) «Начало 10-го». Уже отмечалось, что автору удается в обыденности найти нотки поэтики. Пусть она и не высокопарна, но близка каждому (все мы бываем и в метро, шагаем по ужасным сугробам). Несмотря на то, что последнее 12-ти стишие наводит на пессимистические мысли, общее послевкусие какое-то летящее, и хочется жить не ради того, что будет «потом», а ради того, что «сейчас».
Певучесть и нотки таинственного заговора пронизывают стихотворение автора Лука Окрошкин под названием «Выпь тебе матушка». Построение строф, рефрены окончания фраз зачаровывают читателя, однако произведению не хватает законченности. Периодически спотыкаешься о фразы, что сбивает настрой. Да, сбивать ритм стихотворения – вполне допустимый ход, однако при построении песни (если автор желает достичь эффекта песнопения) подобное построение разрушает целостность замысла.
«Поэтика тыла» автора allo ввела в состояние ступора. Конечно, что-то в этом есть. Но что, понять весьма сложно... Те и эти — это явно противоборствующие силы, но все же хотелось бы, чтобы автор давал подсказки в понимании того, что именно за этими местоимениями кроется. Конечно, в произведении должна быть тайна, своя сверхзадача, но читатель должен понимать, что загадка здесь есть, и должен быть в состоянии разгадать её. В этом и заключается интерес при прочтении. Неожиданно резкое окончание заставляет задуматься о вполне логичных вещах: например, если тыл сзади, то как там может быть прикрыта, простите, жопа?...
Оставляю Вас, дорогие писатели, наедине с этим вопросом и с самими собой.
Да пребудет с вами вдохновение и капля самоиронии.  


Возврат к списку


Чиж 12.04.2012 12:26:58

что-то слишком умное вы написали, профессор(с)

Otdushina 12.04.2012 12:52:34

Маргарита - труженица, респектище!

bubamara 12.04.2012 13:35:15

праминя есть
/довольно хрюкнула/

ВолоденЪка 12.04.2012 13:55:02

Cпасибо,Маргарита (смущённо засопел)

Боб - чугунный лоб 12.04.2012 14:25:49

бгагага

так вам всем!

Спасибо за труд, Маргарита.

Стэн ГОЛЕМ 12.04.2012 15:28:15

Ритуля жжот хорошо поставленным глаголом и прилагательным
чото снилась сегодня, к добру ли?

spas 12.04.2012 17:07:54

Маладец Марго! Так держать!

Куб. 13.04.2012 07:21:16

"хочется поблагодарить язык" - прикольная фраза.

спасибо за труд и личный взгляд.

Чиж 13.04.2012 08:47:54

хорошо, что не я пишу обзоры
но могу в эфире всех обругать

Ли К. 13.04.2012 09:41:07

Очень интересно. Спасибо.

Редин Малопьющий-Застенчивый 13.04.2012 10:04:19

Чижу лишь бы ругаться. и желательно с самого утра.

Чиж 13.04.2012 10:10:13

Цитата
Редин Малопьющий-Застенчивый пишет:
Чижу лишь бы ругаться. и желательно с самого утра.
это я любя

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)