Публикации Написать письмо
Последние публикации

Поэзия

0
03.01.2015

На смерть Цины

Автор: Яков Есепкин
 
Яков Есепкин
 
На смерть Цины
 
Триптихи и трилистники
 
I
 
Спрячем в кайстры сребро и приидем туда,
Где псалмы нараспев ангелочки читают,
Безвиновные мы, а легли в невода,
Чтобы значил Господь -- человеков считают.
 
Гурбы снегов горят, Новый год, яко встарь,
Востречают, хмелясь, индо мертвых царевен
Оживить ли вином, и всехрамный алтарь
Прибран хвоей слезной ан изжертвенно древен.
 
Лебедь-Господе, мы удушенны гурмой,
Пурпур слит из очес, перебиты рамена,
Виждь колоды в крови, да с цветочной сумой
Каждый ныне -- живи озолотою звона.
 
Жалко пели Тебе мы во трате хвалу,
Вот и немые все, и собиты свинцами,
Только звезды тризня, подойдем ко столу,
Двиньтесь, тати, алкать вам неможно с агнцами.
 
Лишь теперь замолчат лиходеи, одно
С перстов им не смахнуть кровобойные пухи,
Не взойти на порог, как откинут рядно,
Господь, нас опознай хоть в струпьях повитухи.
 
 
II
 
Ноги сами нейдут, хоть гурмой сволокли
Агнецов ко хлевам и задушки надели
Под серебро венцов на иродной земли,
Царе, многое ж те на пирах углядели.
 
Иль зардели тогда слезы бойных агнцов,
На каких словеса присно, Господь, зиждятся
И горят -- узрел Ты винограды венцов,
Да оне Рождества не дали нам дождаться.
 
Мы одесно испить восхотели с Христом,
Расплатились за то, и двуперстия в терни,
Что нельзя черну смерть отложить на потом,
А и много зело собралося здесь черни.
 
Как взмахнула косой и к себе позвала
Кровососная мать, чада вейки смежили,
Где Твое ангелы, всё одно прехвала
Святой рати, Господь, ей бы только служили.
 
Но избыта в бытьи и гробовная твань,
Кличь своих ангелов подбирать царски слеги,
В злате красном та Смерть, и сольет Иордань
Кровь на вина -- превидь чад нищих обереги.
 
 
III
 
Не подъемли главы -- рои бесов кружат,
Белый Господе наш, над Твоими венцами,
Заносили мы их, где и кости лежат,
Ангелы не споют пред светил изловцами.
 
Тридевятых земель в бытии не прошли,
Божьих царствий узреть не дали убиенным,
Снили только Сынка в кроворозной земли,
И слетал он с Креста на усладу презренным.
 
Со очей излием как серебро живо --
И уверят засим, в розы выбегут чады
И тогда преглядят, человекам сего
Зреть неможно никак, паче их черноряды.
 
Что ж, истешились все не в пример чернецам,
Поелику равно вещунов потешали,
Перевертни пускай обернутся к венцам,
Им и кольца свое, обереги вещали.
 
Вседержитель небес, здесь одне восстоят
Прехвалители Тя, нету прочих за нами,
Иль теперь нашу Смерть фарисейски стаят
И опять увиют бойных чадов ряднами.
 
 
 


Возврат к списку


Яблочный спас 05.01.2015 08:19:35

Отлично.
И я не шучу.

Яблочный спас 05.01.2015 08:27:33

Но бухать, встречая дохлых царевен, я б таки поостерёгся. Мало ли что.

Юнкер 05.01.2015 17:19:10

Не силен я в старославянском. Но чувствуется, что автор в теме.

Александр Чистович 06.01.2015 00:56:01

ОТКУДА РАСТУТ НОГИ У ПИДОРА ЯСЕПКИНА ВО ВРЕМЯ ПОХОРОН ЦИНЫ
  «Жасминовые тирсы наших первых менад примахались быстро. Они давно уже опущены и -- по всей линии. Отошли и иноземные уставщики оргий. Один -- Малларме -- умер, и теперь имя его, почти классическое, никого уже не пугает. А другой -- Маврикий Метерлинк -- успел за это время обзавестись собственной "Монной Ванной", и стилизаторы "Синей птицы" уже не вернут нам его нежных лирных касаний. Три люстра едва прошло с первого московского игрища, а как далеко звучат они теперь, эти выкликания вновь посвященной менады!
  Мертвецы, освещенные газом...
  Алая лента на грешной невесте.
    "Серебрящиеся ароматы" и "олеандры на льду" -- о, время давно уже смягчило задор этих несообразностей. А то, что было только книжным при своем появлении, получило для нас теперь почти что обаяние пережитости,
  Пускай самая короткая из поэм
    О, закрой свои бледные ноги!
  {Сравни обещанную немцами "Nordlicht" [северный свет (нем.)] сверхкосмика -- ? -- Теодора Деблера толщиной в две Илиады (30 000 стихов).}
    навеяна стихами Малларме --
  О la berceuse avec ta fille et l'innocence
  De vos pieds froids --  
  дымка раздражения, которая вокруг нее скопилась, заставляет думать, что в жасминовом тирсе было, пожалуй, и немного крапивы.
  Современная менада уже совсем не та, конечно, что была пятнадцать лет назад.
  Вячеслав Иванов обучил ее по-гречески. И он же указал этой, более мистической, чем страстной, гиперборейке пределы ее вакхизма.
    Бурно ринулась Менада
  Словно лань,
  Словно лань, --
  С сердцем, вспугнутым из персей,
  Словно лань,
  Словно лань, --
  С сердцем, бьющимся, как сокол
  Во плену,
  Во плену, --
  С сердцем яростным, как солнце
  Поутру,
  Поутру, --
  С сердцем жертвенным, как солнце
  Ввечеру,
  Ввечеру...
    Эти победные кретики четных строк, которые мало-помалу ослабевают в анапесты (во плену, поутру, ввечеру) -- поистине великолепны. И "Вакханку" охотно декламируют в наши дни с подмостков.
  А кто не оценит литературной красоты и даже значительности заключительных строк новой оды с ее изумительным, ее единственным на русском языке не окончанием, а затиханием, даже более -- западанием звуков и символов:
    Так и ты, встречая бога,
  Сердце, стань,
  Сердце, стань.
  У последнего порога
  Сердце, стань,
  Сердце, стань.
  Жертва, пей из чаши мирной
  Тишину,
  Тишину...
  Смесь вина с глухою смирной
  Тишину,
  Тишину...» (спизжено у товарища  Иннокентия Анненского в его удивительном опусе «О современном лиризме».
                                              *   *    *
  От товарища Чистовича А.С:
«Жасминовые тирсы наших первых менад примахались быстро» -- Речь идет о наступлении кризисного состояния русского декадентства и символизма. Эту мысль Анненский выражает иносказательно, используя образ из стихотворения Вяч. Иванова "Менада", которое он разбирает в этой статье. Менады-спутницы Диониса, как и вакханки. Здесь менада-олицетворение поэзии как дионисийского начала.
«Малларме, Стефан» -- объяснять нет надобности, чтобы не смущать наших уважаемых сосаетников.
«Монна Ванна» (1902) и «Синяя птица» (1909) -- пьесы М. Метерлинка, в которых обозначился некоторый отход его от чистого символизма.
«Три люстра едва прошло с первого московского игрища..» -- имеются в виду первые выступления символистов в середине 90-х годов, особенно 1894-1895 гг., когда вышли сборники "Русские символисты" (вып. 1-3). В черновых вариантах к статье Анненский совершенно определенно связывает появление этих сборников с зарождением русского символизма и декадентства: "Боевая пора нашей поэзии кончилась и, кажется, по всей линии. Три люстра прошло, не более с выхода в свет первого декадентского сборника. "Фиолетовые руки / На эмалевой стене" -- это строки из стихотворения В. Брюсова "Тень несозданных созданий...".
Люстр -- пятилетие.
«Мертвецы, освещенные газом...» -- первые строки стихотворения В. Дарова. В. Даров -- псевдоним В. Я. Брюсова.
«Серебрящиеся ароматы» -- "Льются звуки, замирая..." Г. Заронина: "Ночка светит, золотится / Блеском утренней росы... Опьяняет, серебрится / Аромат твоей косы". Г. Заронин -- псевдоним Гиппиуса Александра Васильевича (1878-1942). А. Гиппиус -- поэт-дилетант, юрист по образованию, один из ближайших друзей молодого Блока.
«... олеандры на льду...» -- из стихотворения В. Дарова.
«О, закрой свои бледные ноги!» -- однострочное стихотворение В. Брюсова.
«Деблер, Теодор» (1876-1934) -- немецкий поэт-экспрессионист. "Nordlicht" ("Северный свет") -- его лирический эпос в 3-х т., впервые был издан в 1910 г., на русский язык не переводился.
«О la berceuse...» -- строки из стихотворения Малларме "Дар поэмы" ("Don du роете"), переведено Анненским.
«Бурно ринулась Менада...» -- Из стихотворения Вяч. Иванова "Перед жертвой" ("Скорбь нашла и смута на Менаду...").

Александр Чистович 06.01.2015 00:58:52

А те пацаны и пацанки, которым всё-таки интересно узнать о лиризме Анненского, могут заглянуть в ПУБЛИЦИСТИКУ.
Чава-какава!

Яблочный спас 06.01.2015 04:32:57

Читали, Сергеич. Не кипятись гг

Яблочный спас 06.01.2015 04:33:58

Что за святки без смеха ну

Александр Чистович 06.01.2015 19:54:11

Wrap it would Esepkina in condom filled with ice water, and huyngut in the sixteenth floor of the Ministry of Foreign Affairs on the head of his lieutenants!

Vincent_A_Killpastor 07.01.2015 16:35:54

в старославянском лучше выходит чем гуглотранслейтовском

vpr 08.01.2015 14:39:44

Что же это за цына такая, сука?

Лего Букварь 12.01.2015 01:58:04

Здравствуйте Яков. Как всегда напалмом.

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)