Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
26.04.2012

Клиническая и100рия listа

Автор: Александр Чистович
                                              От администрации саета

     Аффтар из тех людей, которые пытаются измерить земную ось школьной линейкой.
Аффтар из тех людей, у которых балдоха встает с востока на запад.
Аффтар из тех людей, которые не понимают себя с полуслова. Исключительно по этим причинам предлагаемое читателю Мурзилкино Творение подойдет, разве что, для росписи детских туалетов. В качестве самоотверженного семяизвержения. А пергидрольный "Ох, Генри!" пусть отдыхает. Так надо.

                                                         *   *   *

   Городские улицы радовались триумфальному шествию весеннего тепла, в то время как в психодвигательной клинике все еще осуществлялась тайная мастурбация сумерек. Саня-Касаня, нареченный здесь кликухой List, возлежал в коридорчике осиротевшим пасынком,  оценивая последствия своего неуемного, украденного у барона Мюнхгаузена, желания исследовать левитацию в отдельно взятом индивидууме. Судя по тому, что сегодня после процедур ни старый Митрич, ни его мелкий тезка из четной палаты не возвратили ему похищенный компот, очерчивался диагноз, согласно которому все притязания Listа на  пребывание в этом мире должны вскоре раствориться в усиливающемся запахе хлорки и нашатыря. Намечался последний левитаж.

– Спи здесь, паря, –  перетекала из подреберья в затылок с метафизическим бесстрашием ненужная тут и сейчас мысль. – 0-1-2-3-4-6-7-8-9,  – следил List за тем, как дышало больничное одеяло. –  А 5-то все равно нет? 

   Действительно, аппетит, ушедший на очередную протырку к заведующему двигательного отделения, отсутствовал.
 – У меня мортидо на твое либидо… –  начал было горевать List. – И, вообще, куда подевался лечащий Авель?
   Называть, однако, поименно числительные в обратном порядке их следования List не намеревался, тем более, что занавешенное окно клиники почему-то отодвигалось по мере затухания уличного шума, где наверняка не было ни кирпичной стены, ни распластанного на ней плюща.
   Как только стрелки часов рванулись наутек от двойки, пока еще не убежавшей от единицы, так сразу возле процедурной, типа Штирлица в мгновенья нисана,  возник альтернативщик Гага Сюткин, который по служебной инструкции должен был инициировать разнос отяжелевших уток, готовых ко взлету из дрожащих ручонок необратимо больных.

– Послушай, шеф! – стартовал List. –  Окажи деду ботаническую услугу перед долгожданным вылетом: достань-ка где-нибудь типовой элемент увядающей флоры!

– Слышь, ботаник! Не грузи меня своим гербарием! Я сегодня с похмела, да и хваталки в халате пухнут. Смотри, как бы я тебя ими не расшплинтовал, что и стульчак-то там, НАВЕРХУ, за собой поднять не сможешь! И, ва-аще, старый, ты чье, не в курсах, что жалость есть последний вид малодушия, не этому ли тебя, испытатель трудностей, обучали? – приободрил его Сюткин, однако, грозно осклабившись, решил уменьшить градус издевательства над сентиментальностью обреченного. 

   Разделавшись с утками, Гага вспомнил, что когда-то, еще не завершив низшего образования, слышал по радио инсценировку финала некоего словоблудного пиндоса про последний лист, когда в очередной раз приходовал знакомого бабца. Поэтому, чтобы отделаться от очередной назойливости и разнообразить свою волонтерскую службу, отправился к реанимационной сестре Аньке Дежневой. Она, эта шагающая петля гистерезиса с пергидрольным веником, часто Коледавала (стоящему поблизости) на возникающих в психиатрии святках. У нее в отделении, как и полагалось местным стюардессам, на столике под стеклом лежал подаренный кем-то кленовый лист, который попадался ей на глаза, когда очередного клиента после иглотерапии перевозили в прозекторскую. Расправив сборки своего голубого халата, Анька не оказала длительного сопротивления и, захватив из пустовавшей прозекторской пару кисточек + банку синих чернил, да выцветший плакат с остатками трех времен года, вместе с Гагой неспешным шагом продефилировала в палату Митричей. Лучи слабого солнца падали с плаката на пол, несмотря на то, что в его правом углу ветер мокрой мочалкой хлестал предстоящую ночную заволочь.

   Увидев вошедших, пожилой Митрич высморкался и озвучил приветствие:  – Господа, в натуре, полчаса назад тут утки вброд палату переходили! – но Гага, прищурившись от бликов старческой шевелюры, с разбегу сунул сопливому кисть и потребовал:

–  Пора природу ваять, чучело!

   Согбенный правдой жизни Митрич только и умел, что рисовать Москву в профиль, выглядевшую Кремлем. Мелкий же, лежа на запотевшей над клеенкой простыней, пустым лицом прищурил свинцовый глаз и напомнил про компот, потянувшись за куском белого хлеба, лежавшего на прикроватной тумбочке.
– Я таки шо тибе, грузман, камоды разнасить? –  парировал Гага. – Бери лучше струмент, да воодрузи на башню флюгер, если могешь… –  и протянул мелкому кисточку.
– Ну, разве что контур петушка с крыльями! –  согласился тот.

    Стоявший всегда и поблизости, но уже медбрат Николя, предложил использовать в создаваемом  пейзаже забытые кем-то в женском туалете импортные тени. Синюшным мазком на оборотной стороне плаката великовозрастный Митрич обозначил зубцы кремлевского хребта и небо в соответствующей ясности, после чего передал кисть реанимационной Аньке. А поскольку ее богатый духовный мир постоянно желал  большого и чистого, то выхватив освободившийся живописующий дротик из рук перезревшего рыцаря, она затеяла колоритные развлекухи с импортными тенями: желтыми обозначила плоды созревшие, зелеными – дикорастущий инвентарь, серыми – городской тротуар, а белесыми – летящий тополиный пух и осыпающуюся пыльцу. Молодой Митрич зарисовал голову петуха, спрятавшегося за зубцами прямоугольных гор, проделал в них туннель, поставил возле него Царь-пушку, закомуфлированную под броневик, и хотел было это орудие втиснуть в толщу квадрата собственного имени, но постеснялся, после чего прилепил  к ней с трех сторон пластырем  усохший лист клена - бывший Анькин памят(н)ый сувенир. 

   Возбужденный неясными ассоциациями коллективного творения, Гага немедленно свернул плакат с наглядной агиткой неотвратимого Царствия Небесного, которое маячило впереди Lista, и вынес в коридор, чтобы продемонстрировать его  угасающему сироте от левитации.

– От винта! – захлебываясь от восторга, зашептал было List, обозревая колеблющееся в вытянутых руках Сюткина бравурное рондо тутошных пейзажистов вперемежку с таким же аллегро. Наконец-то List выглядел счастливым, потому что ему не надо было лгать и прикидываться шлангом, оповещая Гагу, что ему хорошо.

   Петушок молодого Митрича взлетел на кремлевский насест, покосившись на бронированное авто, и три, ровно 3 раза прокукарекал. Пушка из туннеля выстрелила в воздух, но не попала. Конгломерат рисованной природы, освобождаясь от пут Всеобщего Ньютоновского однообразия начал менять очертания, да так, что весь не выпитый Митричами компот начал превращаться в вино. List уселся на середину топчана и с демонической виртуозностью, нараспев и взволнованно, произнес:

– Поднимись и взлети!
   И тотчас же, где-то там, за фанерными перегородками, бумажными шторами и полупрозрачными ширмами, средневзвешенный на банковских весах Великого и Необъятного Хаоса призрачный  аэробус американской валюты и широкофюзеляжный лайнер сибаритствующего евро воспарили над бревенчатым рубленым полом клиники и начали стремительно набирать высоту…


Возврат к списку


ВолоденЪка 26.04.2012 16:56:14

После  осутствия вы  изменились,Александр .Мне  видяться  два  путя  вашего  возвращения  в   строй :амбулаторное   лечение  путём лития  на  голову  холодной  воды или-же  "Рэзать, не  дожидаясь перитонита!"(Ц)

Улисс 26.04.2012 17:50:31

Какая муть...

Ну ладно - Ирма.
Ейная страсть к словоблудию и размазанным метафорам (сравнениям, аллегориям и т.д.), - страсть, совмещенная с совершенно губительным равнодушием к мелочам повседневной жизни, к индивидуальным и неповторимым признакам героев, - эта страсть и это равнодушие мне еще понятны.
Юная и восторженная, она всецело отдается своим, с позволения сказать, творческим порывам, игнорируя необходимость быть точной и  емкой (без чего проза - не проза, а дурно размалеванный лубок), забывая о сквозном действии и сверхзадаче, долженствующих придать тексту динамику и завершенность. Ей нужно время, чтобы, так сказать, просраться словом и взглянуть, наконец, на свою писанину с другой, критической стороны.
Ей нужно время - и мы дадим ей его.

Но - вы, автор! Вы же взрослый, искушенный человек!
Откуда эта тяга нагрузить, засрать читателю мозги? К чему эти многоэтажные фразы, эти притянутые за уши словоконструкции?
Расскажите нам историю, поведайте о жизни героев! Вы же, вместо этого, выставляете на суд читателя историю собственных литературных потуг.

Лего Букварь 26.04.2012 18:12:26

Ваша доля в опусе загадка. рак канешна из тоннеля свистнул, и питушка тем же раком феерично приделали.
пергидроль в нонешние времена преданье старины, а тут, гляди-ко, вдвое боле чем хватит.
таки бравурно, АЧ. токое неподвластно воробьиному нашему перу.

Лего Букварь 26.04.2012 18:21:58

не разделяю в данном случае т.зр. Улисса.
Улисс, весчь вкусна и весела. а чего еще надо.
все эти сверхзадачи литэратуры обрезают крыло.

Ирма 26.04.2012 18:44:32

Гадкий вы человек, Улисс, говорю вам это прямо. Жаль, что не в лицо.
Такие как вы критиканы любят по-мелкому брызгать сарказмом, вешать ярлыки, ставить многоточия после своего экспертного заключения и при этом никогда не говорят ничего по сути. Если вы такой внимательный и искушенный читатель, так разложите все по полочкам - что хорошо, что средне, что плохо, что очень плохо. Нет же. У вас одно сплошное бла-бла-бла с легким налетом шовинизма. Что дал вам ваш опыт, которым вы так гордитесь? Право называть мое творчество - писаниной-лубком и бессмысленной восторженностью? Мне жаль, что вы тратите свое драгоценное время на прочтение моих  опусов. Только есть одно НО. Чтобы вы мне не говорили, какие прибаутки не сочиняли, на меня это нисколько не повлияет и не вы мне даете время. Я сама его выбираю. И пишу ради своего кайфа.
И завязывайте со своей фамильярностью: "деточка", "милая", "девчушка".

spas 26.04.2012 20:42:54

Мат в каментах запрещен. Не стоит даже пробовать.

spas 26.04.2012 20:43:32

Цитата
Ирма пишет:
Ты еще и самонадеянный идиот.

Это следом уходит

spas 26.04.2012 20:45:30

В конце концов у всех вас есть возможность оттачивать мастерство обматерить и оскорбить друг друга в каментах на других площадках.

Этот сайт для такого не предназначен.
Спорить просто не советую.

Александр Чистович 26.04.2012 22:45:26

"Каждый охотник желает знать, где сидит фазан".
Более того, каждый имеет право высказывать свое мнение.
И мнение высказанное - священно!

spas 26.04.2012 23:34:56

Цитата
Александр Чистович пишет:
"Каждый охотник желает знать, где сидит фазан".
Более того, каждый имеет право высказывать свое мнение.
И мнение высказанное - священно!

Ваше благородие, право, займитесь мифотворчеством. Ггггг

Александр Чистович 27.04.2012 00:36:43

Имеется в виду изгнание бесов, типа землячков нашей плодовитой украинской писменницы, жаждущих преобразовать AU-t в новую версию Одиссеи?

spas 27.04.2012 08:36:57

:D

Владимир Поярков 27.04.2012 20:37:02

Это явно навеяно разлагающим влиянием других авторов.

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости