Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
08.11.2013

Залежи переживаний

Автор: САНЯ
В этот день Нюша записала в дневнике очередную фразу деда:
«Мне шестьдесят восемь и что? Вот, выжил, потому, что всю жизнь учился выживать, а  зачем? Жить ведь так и не научился,  помирать готов».
Внучка впервые увидела, как старый пердун плакал. То были сухие слёзы, горячие, от которых глаза краснея, наливались кровью. Он вытирал их рукавом байковой, клетчатой рубашки и клетки расплывались. А может, Нюше только казалось что расплывались. Она тоже едва сдерживала рыдание.


Зимний вечер. В окне темень. Дед с внучкой, вдвоём сидят у печи за табуретом на маленьких стульчиках, ужинают. 
Ужин нехитрый – печёная в духовке картошка, кусок солонины, варёный, хрен тёртый мелко со сметаной смешанный, лепёшки, самогон. 
В соседней комнате бабушка дремлет под громкий стрекот телевизора, заглушающий печной гул.


- Не реви, - не сказал, а гаркнул плачущий старикан, наливая в стопку самогона, и уже в сторону окна, - с тобой бабка, сонце моё незаходящее, навсегда останется.  
Выпил, не закусил, занюхал тем же рукавом.


Слёзы в голосе утихли, -  Пойду-ка я с горя ебну её напоследок. А ты сходи на двор, проверь все ли  замки на месте, кур проверь. Та смотри в помёт не наступи, понасрали серостью, не убирал нынче.


Дед, выпивши,  был кристально честен,  и никогда не скрывал перед внучкой своих замыслов, как, впрочем, и мыслей:
- И не сметь, мне перечить, полюбляет она это дело. Никогда, слышь, Нюшка, никогда не ебися с пьяными хорьками, а то нарожаешь уродов всяких… людям и без них худо от стаканчиков этих, пластмассовых будет. 


И угораздило же Нюшу привезти эти стаканчики в деревню.
Она уже студентка. Получила первую стипендию. Накупила деду с бабкой всяких подарков; в том числе стаканчики пластмассовые, в количестве двух штук. Разовая посуда на то время была редкостью  немалой, даже для города.
Табачной трубке из морённого дерева дед очень обрадовался. Спрятал туда же, в коробку, где ордена и медали хранил. Во, как оценил?!
Но когда увидел пластмассовые стаканы, когда, взяв рукой,  нечаянно раздавил, рассмеялся печально  и выкинул в мусорное ведро.  
Долго молчал, потом его прорвало, - А я то всё думаю чёй-то недра мои задёргались, распереживались, - и, поглаживая сердце, разошёлся до крика, - мало им гандонов разовых, изобрели значит ещё посуду такую! Беда, это ж беда землинушке, не справится ей с пластмассой, с разовыми посудами. Суки, как есть, твари-нелюди… не знают уже на чём экономить. Целый день орал. 
Вот только к вечеру помирать собрался.


А двор то был вычищен, и куры были заперты, и сарай был на замке.
«Ну, ничего, - подумала Нюша, - щас поибётся солнцепоклонник мой и успокоится.
Бабка, поди, слышит,  как он подходит к полочке, берёт одеколон «Шипр»и шипритца от души»   
Да, так и было.
Запах «Шипра» - хороший запах, вкусный, запах мужчины, который с лёгкостью перебил самогонную вонь. 


Возврат к списку


Марина Еремеева 08.11.2013 16:14:57

Это не так понравилось, только местами.

Vincent_A_Killpastor 08.11.2013 17:31:14

Старик с утра начал маяться. Мучительная слабость нава­лилась... Слаб
он был давно уж, с месяц, но сегодня какая-то особенная слабость - такая
тоска под сердцем, так нехоро­шо, хоть плачь. Не то чтоб страшно сделалось,
а удивитель­но: такой слабости никогда не было. То казалось, что отня­лись
ноги... Пошевелит пальцами - нет, шевелятся. То на­чинала терпнуть левая
рука, шевелил ею - вроде ничего. Но какая слабость, Господи!..
До полудня он терпел, ждал: может, отпустит, может, оживеет маленько
под сердцем - может, покурить захочется или попить. Потом понял: это
смерть.
- Мать... А мать! - позвал он старуху свою. - Это... по­мираю вить
я.
- Господь с тобой! - воскликнула старуха. - Кого там выдумываешь-то
лежишь?
- Сняла бы как-нибудь меня отсудова. Шибко тяжко. - Старик лежал на
печке. - Сними, ради Христа.
- Одна-то я рази сниму. Сходить нешто за Егором?
- Сходи. Он дома ли?
- Даве крутился в ограде... Схожу.
Старуха оделась и вышла, впустив в избу белое морозное облако.
"Зимнее дело - хлопотно помирать-то", - подумал ста­рик.
Пришел Егор, соседский мужик.
- Мороз, язви ево! - сказал он. - Погоди, дядя Степан, маленько
обогреюсь, тогда уж полезу к тебе. А то застужу. Тебе чего, хуже стало?
- Совсем плохо, Егор. Помираю.
- Ну, что ты уж сразу так!.. Не паникуй особо-то.
- Паникуй не паникуй - все. Шибко морозно-то?
- Градусов пятьдесят есть. - Егор закурил. - А снега на полях -
шиш. Сгребают тракторами, но кого там!
- Может, подвалит ишо.
- Теперь уж навряд ли. Ну, давай слезать будем...
Старуха взбила на кровати подушку, поправила перину. Егор встал на
припечек, подсунул руки под старика.
- Держись мне за шею-то... Вот так! Легкий-то какой стал!
- Выхворался...
- Прям как ребенок. У меня Колька тяжельше.
Старика положили на кровать, накрыли тулупом.
- Может, папироску свернуть? - предложил Егор.
- Нет, неохота. Ах ты, Господи, - вздохнул старик, - зимнее дело -
помирать-то...
- Да брось ты! - сказал Егор серьезно. - Ты гони от се­бя эти мысли.
- Он пододвинул табуретку к кровати, сел. - Меня на фронте-то вон как
задело! Тоже думал - каюк. А доктор говорит: захочешь жить - будешь жить,
не захо­чешь - не будешь. А я и говорить-то не мог. Лежу и думаю: "Кто же
жить не хочет, чудак-человек?" Так что лежи и думай: "Буду жить!"
Старик слабо усмехнулся.
- Дай разок курну, - попросил он.
Егор дал. Старик затянулся и закашлялся. Долго кашлял...
- Прохудился весь... Дым-то, однако, в брюхо прошел.

Юнкер 08.11.2013 17:51:00

Привет, Витусь! Я бы чуть концовку рихтанул:
"Аромат «Шипра» - хороший, вкусный, с лёгкостью перебивающий запах наступающей смерти"  
Но это я так думаю, или мне так кажется.
А в деревнях так и говорят вперемешку с матом. И ничего, всё нормально и благозвучно.

Вита 08.11.2013 17:56:23

Привет, всем! Марин, мне тоже так же, местами.

Винсент, понравился отрывок. очень напомнило... родное, их детства. спасибо.

Сань, концовка твоя сильнА... мне аж не по себе от неё.  нельзя так.

Юнкер 08.11.2013 18:25:35

У нас всё можно, Витусь. Если понравилась, то возьми и переделай.

ВолодэнЪка 09.11.2013 15:27:34

Чем  больше  живёшь, тем меньше понимаешь. Понятное дело, заплачешь от обиды. И  старики такие-же дети, как мы. С годами приобретаешь набор способов  выживания, тот  кто по-хитрее называет  это  мудростью. Мудрее-то не становишься, строишь из себя аксакала, чтобы  окружающих не расстраивать  и не пугать  бессмысленостью  сущего. Матюги по-моему только усиливают угловатую правдивость пересказа. Молодец, Вита

Юрий Шибаловский 09.11.2013 21:04:02

"Ужин нехитрый – печёная в духовке картошка, кусок солонины, варёный, хрен тёртый мелко со сметаной смешанный, лепёшки, самогон."
 Почему это нехитрый?  У меня от такого описания в животе заурчало, пришлось срочно лезть в холодильник.

Виктор Мельников 09.11.2013 23:11:28

Всяк гад дышит, выживает, однако, но... умение плакать не только женщинам дано... кто не плачет, тот не человек, хочу сказать, однако... дальше я плакать не смог, не появилось слезы, Вита. (И Юрий прав: вся нехитрость еды - нынешний дефицит... Москва... С-Петербург, хай большинство супермаркетством давится, и она давится, бггг) Мне их не жалко... групповое сообщество издевательства над самим собой. Бгггг!.. По тексту - как-то мимо...

Вита 10.11.2013 14:05:40

Сань, надо подумать. Твоя фраза - прямо в лоб ... и она больше метафорична что ли. текст то старалась сделать простым как мычание. вот, Володя заметил. Если чего исправлю, скажу.

А на счёт "нехитрого" , читатели ошибаются. На ужин была подана самая обычная еда - ни одного блюда. Солонину заготавливают по осени, когда режут свиней. Солят мясо сильно и в банки... в подвал опускают, потом достают сколько надо, вымачивают долго и отваривают в двух-трёх водах.    

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)