Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
18.03.2015

Легенда (быль)

Не знаю. Не знаю, - может кому-то и нравится, когда по нему херачат минами и снарядами, мне - нет. И дело даже не в том, с чьей стороны они летят. Да похуй. Глубоко. Если тебя йобнет - насрать, какая маркировка будет на этой хуйовине. Да, так вот. Зайобывает это, скажу я вам. Когда вместо нормальной жизни только и думаешь - как во всём этом выжить, как не попасть под обстрел, как раздобыть чего-то пожевать, как ненароком не оказаться брошенным в подвал. Опять же - денег ни хера нет. Вернее - они как бы есть, но на самом деле - ни хера. Вы спрашиваете, как такое может быть? На карточку-то они падают, а снять негде - ни один банкомат не работает. Такие вот дела. Кисло, одним словом. Выехать туда, где деньгами можно отовариться - целая история. Эти не выпускают, те не впускают. Причин более, чем до хера. Даже при наличии всех документов и справок можешь попасть на железобетонный аргумент - рожей не вышел. Иди, жалуйся. Да.   Одним словом, если бы не дружбаны, то и загнуться можно было бы. Короче, есть у меня один кореш - Колян. А у него, в свою очередь, есть дружбан Толян. Вот Колян мне и говорит, - Есть вариант метнуться в Харьков. На шару. Сможешь там бабки в банкомате снять. Да и вообще - проветришься. А то совсем на человека уже не похож. - А как же, - спрашиваю, - блокпосты и прочая байда? - Смотри, какая тут тема, - объясняет мне Колян, - Толян работает в фирме, которая оказывает ритуальные услуги. Берётся «Газель», на борту которой написано - «Ритуальные услуги». Набирается толпа народу, ну, толпа громко сказано - человек пять-шесть, кто за энную сумму хочет выехать в тот же Харьков. Едем  с понтом забрать в Харькове старенькую бабушку, которая два дня назад Богу душу отдала. Но завещала, чтобы похоронили её непременно на родине. А мы - типа родственники. А для придания убедительности искренности намерений в «Газель» загружается гроб. Пустой. Пустой - типа, чтобы в Харькове загрузиться. Когда Колян сказал за гроб, мне почему-то незабвенный Михаил Михалыч вспомнился с его знаменитым - А без покойника? Ну, это так, к слову. Да. Короче, подписался я на это дело.   Ранним утром следующего дня выехали мы. Погода как раз чудная, солнышко с утра хорошенько так припекает. Один человек рядом с Толяном спереди сидит, остальные - на лавках в кузове «Газели». А перед нами, посредине салона - гроб. Мужикам Толян раздал чёрные повязки на руку, тётушкам - чёрные косынки на голову. Чувство такое - будто ты в художественной самодеятельности участвуешь. В любительском спектакле. И предупредил Толян строго-настрого, - Вы же на блок-постах не вздумайте хихикнуть или засмеяться. Попалитесь! Два блок-поста проехали тихо. Как мыши. На втором блок-посту нас даже без очереди пропустили. А всё-равно я вам скажу - стрёмно. И сцыкливо. Так-то уговариваешь себя, а в душе неспокойно.   И тут я вспомнил удостоверение, пустую корочку которого мне Колян подарил. Ну, я, ясное дело, фотку вклеил, размытую печать изобразил. Долго думал над должностью. Потом придумал - разведчик. А хули? Прикольно. Да и круто. Не, ну в поездку я удостоверение не взял. Что я, дурачок, что ли? Заметут - хрен объяснишь, что пошутил. Да, так вот. Местами в «Газели» мы периодически менялись, чтобы не так нудно было. В одну и ту же точку гроба смотреть. И вот выпало мне впереди, возле Толяна сесть. И вспомнил я своё удостоверение, и говорю ему, - Слушай, я думаю, это неправильно, что мы без легенды едем. - Какая еще, нахер, легенда? - спрашивает Толян. - Ну, как, - говорю, - у разведчиков всегда есть легенда. Где, что, почём. Вот спросят на очередном блок-посту, - А как бабушку-покойницу звали? И всё - кранты. Не зря есть поговорка - дьявол кроется в мелочах. Смотрю - задумался Толян. А потом согласился, - прав, я мол. Придумали - Прасковья Ивановна. Всех «родственников» возле гроба заставили выучить. Подъезжаем к очередному посту. И что вы думаете? Как в воду я глядел. Нет, не зря в удостоверении так и написал - разведчик. Посмотрели ребята с автоматами в руках на гроб, на платочки наши, повязки, а потом один и спрашивает, - А кого хоронить будете? Смотрю - у всех наших губы будто шевелятся, - прасковьяванна, прасковьяванна. А Толян, видно от мандража, возьми да ляпни, - Дедушку! Второй боец и спрашивает, - А звали его как? Посмотрели мы с Толиком друг на друга, успел я ещё подумать, что на переправе коней не меняют, и ответили. Почти одновременно - Прасковья Ивановна! А боец-то этот уже к следующей машине пошёл. Не расслышал, слава Богу. А может, просто похуй ему было. Но нам-то - не похуй. Когда отъехали, я лыбу давлю и говорю Толяну,  - Ну что, Прасковья из Подмосковья? А он мне, в ответку - Сам ты…Штирлиц херов! И поехали мы. И доехали мы.   А легенда для разведчика, скажу я вам - первейшее дело. По себе знаю.      


Возврат к списку


vpr 18.03.2015 11:33:59

Шева, извини за прямоту, говно какое-то.

Вита 18.03.2015 23:04:47

[IMG]http://s.fishki.net/upload/users/358768/201503/13/3d84fda425586f4ec6cac8f3e95d5249.gif[/IMG]

Вита 18.03.2015 23:06:51

впечатляет, Шева. печально, правда.
так и было, да?

Шева 19.03.2015 11:56:17

Вита: все правда кроме заданного вопроса /как зовут/.
vpr: прямоту одобряю, все нормально. Мне самому не очень.

Роман hastu Дих 21.03.2015 20:53:50

Шева 19.03.2015 11:56:17
мне лично понравилось!

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)