Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
28.10.2015

Начало пути (из цикла - Маниакъ)

У Колупаева давно никого не было. То ли из-за этого прискорбного обстоятельства, то ли в силу врождённого гипертрофированного чувства любви к прекрасному, а точнее - к прекрасному полу, Колупаев еще более внимательно и пристально, чем обычно, прямо-таки  с каким-то болезненным интересом вглядывался в лица девушек и молодых женщин, попадавшихся на его пути. На улице, в автобусах, в метро, в магазинах. Чего он искал, ждал или ожидал, трудно объяснить. Обычному, заурядному человеку. С серым веществом вместо мозгов. Со среднестатистическими показателями серотонина, эндорфина и адреналина в организме. Но Колупаев был не таков, ибо был человеком совсем иного склада. Это был мятущийся, нервического склада холерик. Недаром в институте кличка у него было - Холера. Валера-Холера. Ага. Что-то было в Колупаеве от Раскольникова. Он всё время будто находился в поисках своей старухи. Ну, старухи, - конечно же, фигурально. Ибо трудно особь женского полу в возрастном диапазоне от двадцати до тридцати лет назвать старухой. Ведь даже в уже подзабытые приснопамятные годы появления наглой, противной и агрессивной гусеницы капитализма из замшелого кокона застоя развитого социализма такой девиче-женский контингент именовался гордым горьковским словом - мать. Но конечно-же, не о матери наш рассказ, нет. А посему, пока пыхтящий от натуги паровоз, приближающий нас к моменту истины, еще только на подходе, а Анна лишь нервно меряет шагами перрон, мы спокойно возвратимся на рельсы нашего повествования. То, что у Колупаева давно никого не было, создавало известные неудобства. О которых в приличном обществе обычно не говорят вслух. Для читателей, кто вопросительно приподнял брови или остановился в этом месте, с пролетарской прямотой поясняем - дрочка не спасала. А даже, пожалуй, где-то усугубляла. Жалкие, робкие, а точнее - растерянные попытки Колупаева найти, если выразиться эзоповым языком, предмет обожания с целью последующего вожделённого обладания путём совместного, пусть даже краткосрочного проживания, встречали неизменный, холодный отпор. Пару раз Колупаев даже нарывался на откровенную, неприкрытую вербальную грубость в свой адрес, - Щас полицию позову!   Этим вечером, как обычно, Колупаев возвращался с работы домой. Сесть в вагоне метро не удалось, и он стоял. Возле тех дверей, которые не открывались. От нечего делать мониторил лица. Стоящих, сидящих. Всегда ведь приятно почувствовать себя красивым, умным и загадочным. В сравнении. На этом лице Колупаев не мог не остановиться. Ителлигентное, умненькое. И красивое, зараза. Но если быть честным, Колупаев мог бы просканировать лицо молодой женщины, лишь отметив её привлекательность, если бы не одно обстоятельство. Нет, не прискорбное, нет. Но странное - это точно. Женщина сидела, закинув нога на ногу. Благодаря чему любой желающий, причём не только из сидевших напротив, мог удостовериться, что ляжки её были хороши, чтобы не сказать - безукоризненны. А более внимательный наблюдатель, коим, конечно-же, и являлся наш герой, с некоторым чувством досады мог отметить наличие на ногах красавицы нескольких синяков известного происхождения. Не так, чтобы очень, но всё-таки заметных. Для пытливого ума, конечно. У Колупаева ум был не только пытливый, но и аналитический. И он с присущим ему с детства желанием доколупаться до сути каждого явления и более поздним, взрослым перфекционизмом начал домысливать этимологию каждого синяка. Давая волю, как принято говорить, нездоровой фантазии и рисуя в голове непристойные, но чертовски возбуждающие картинки. - Однако и на старуху бывает проруха, - как мы знаем, любил цитировать Остап слова польской красавицы Инги Зайонц, произнесенные через месяц после её свадьбы с другом его детства Колей Остен-Бакеном. Конечно-же, для сравнения нашего героя со старухой не могло быть никаких, даже вторичных оснований, но глубокие аналитические исследования Колупаева неожиданно упёрлись будто в стену. А точнее - оказались в тупике. Причина была смешная - синяк на правой коленке с внешней стороны. Если остальные синяки как влитые легли в логистические колупаевские схемы блуждания мужской руки по женскому телу, то причину появления этого синяка Колупаев объяснить не мог. При обычно широко разведённых ногах - никак, при согнутых коленках - неудобно, в коленно-локтевой - не достанешь, правая нога на плече - точно никак. Ни руки, ни тем более, - губы партнёра никак не могли коснуться этого места. Колупаев лихорадочно начал вспоминать позы из Камасутры. Не-а. Не срасталось и не вытанцовывалось. На лбу Колупаева даже выступил мелкий пот. Зачем-то в голове мелькнуло дурацкое, чтобы не сказать - ехидное: нелёгкая это работа - из болота тянуть бегемота! Тем временем женщина поднялась и подошла к двери, - Сейчас выйдет, и я никогда не узнаю! - даже похолодел Колупаев.   …Он подошёл к ней уже наверху, на выходе со станции. Благо, с двумя объёмными пакетами в руках шла она неспешно. Колупаев плюнул в ладонь, пригладил остатки волос на голове, и будто ныряя в прорубь, обратился к предмету вожделения, - Я дико извиняюсь, но наблюдая за вами в метро и восхищаясь вашей красотой, я обнаружил одну странную вещь, которая меня теперь гложет, тревожит и, боюсь, не даст заснуть, если я не узнаю истинные обстоятельства её происхождения. Сначала женщина даже остановилась. Ошарашенная услышанным панегириком. Похожим на бред сумасшедшего. Но рассмотрев Колупаева, и убедившись по его субтильным физическим кондициям, что, похоже, тот опасности не представляет, она задала ему очень приземлённый и прагматичный вопрос, - А вы что, - в нашем районе живёте? Колупаев, заранее готовый быть униженным и оскорблённым, пробормотал нечто, что, при желании, могло быть истолковано, как - да. - Так может, поможете мне пакеты до дома донести? Тяжёлые, зараза. Тут недалеко, через скверик, - она указала на скверик с чахлыми деревцами, но густыми кустами впереди, - и сразу. Улыбнулась, - Заодно и расскажете, чего вы там заснуть не можете. Именно слово «сразу» Колупаев выделил как знаковое. С пакетами в руках, расправив грудь, он гоголем двинулся в сторону сквера. - Ведите меня, прекрасный незнакомец! - очень к месту мелькнула в голове цитата. Неизвестно откуда. Да какая разница? Надо ли говорить, что Колупаев буквально зафонтанировал сладкоречивыми словами. Ясно и понятно, что будучи хитровы…, а вот здесь, читатель, ни хрена ты не угадал, потому-что - высокомерным, так вот, свой посконный вопрос Колупаев решил пока не задавать. Может - позже. Тонко усмехнулся, - Когда карта ляжет.   Думается мне, читатель, что ни у кого из вас не поднимется рука осудить Колупаева. Ведь на его месте мог быть каждый. Вы будете смеяться, но опять же - смеркалось.    


Возврат к списку


Яблочный спас 30.10.2015 13:58:53

Мне одному кажется, что Колупаева щас выебут?

Вита 05.11.2015 16:18:54

какой-то Колупаев неманьячный совсем получился. без огня. Как будто не первый раз "вдуть" ему предстоит. Или Шева, ты по древу растёкся. Опять ему дрочить придётся... ггы

Александр Чистович 05.11.2015 22:30:42

Вот, ежели Вовка Колупаев (погоняло - Братан) зачитает, то как к этому факту отнесётся наш градоначальник? Дозволит ли ему своё тело сторожить, а?

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)