Публикации Написать письмо
Последние публикации

Проза

0
20.08.2016

Фигура. Часть первая.

Автор: повасик
Развлекухи  люди придумывают чаще  стандартные. Если классифицировать по группам, выходит не так много. Мы то же не оригиналы, что то типа искателей. Пытаемся разыскать среди не кем не примеченных вещей шедевры прозы и поэзии. Временной интервал любой, ареал действия то же. Вот только как определить, шедевр это или нет. Приходится руководствоваться нашим субъективным мнением.
Нас собственно пять. По старшинству. Петрович, преподаватель в каком то частном вузе. Отнюдь не человек искусства. Отставник подполковник эмвэдешный. Словоблуд, по честному. Мыслями по долгу службы делиться ему надо было аккуратно, вот и впал в литераторство. Пару вещей его, кстати, на уровне.
Дальше Генка, в противовес предыдущему герою, наркот сиделец. Средних лет. При чём не скажешь, что здоровье его полностью убито. Не дай бог такого подросткам показывать. Не в смысле плохому научит, а человек с весьма не хорошими, не раз попавшими под статью, пристрастиями  вполне бодр и импозантен. На что то живёт? Неясно.
 Считает себя по жизни литератором. То же несколько не плохих вещичек имеется, явно под сильной дозой вдохновения сотворил.
Наташенька. Девушка фотограф. Классика жанра. Худоба, квадратные очки, чёрные цвета в одежде. Половые партнёры её же пола. А так девчонка весьма душевная, прямо тургеневская барышня на новый лад. Может и те, тургеневские, в душе лесбиянки были.
Юля женщина для соблазнения Бонда, не говоря о более мелкой рыбёшки. Сильное у меня подозрение, что профессиональная проститутка. Естественно, того этого хочется, но я не каких намёков не подаю. Мы же литераторы- искатели, а не черт знает что. Она же  ведёт себя даже излишне для обычной бабы целомудренно. Рассказики так себе, интересно только при наличие эротического текста, какового много. При чём, не фальшивого, как у большинства.
Ещё Тима, каким ветром его в нашу команду занесло, не понимаю. Классическое офисное животное. Кулер ходячий. Все фразы выверенные, всё в жизни сбалансированно, биографии ни какой. Произведения на уровне школьных сочинений.
Мы за грибами.
Предполагаю, что он и увлеченье выбрал, как наиболее положительное.
 В офисе. Чем занимались? В библиотеке сидел, за тем на музей квартиру по горячим следам. Короче, мало он мне симпатичен. Да что делать, не выгонишь, нас и так не густо.
Ну ещё я.  О себе расскажу позже.
Звякнул мне как то Петрович и доложил, что в букинистическом прихватив подешовке какой то каталог. Там обратил внимание на отзыв о писательнице середины девятнадцатого века Глафире Завадской. Лично я не слыхал. Родоначальница Российского мистицизма, ну вернее продолжательница. Для женщин в России на тот момент кстати редкий жанр. До сорока лет не дожила бедняжка. Немного написала. Петрович своим ментовским чутьём ухватил, что вкусно будет и сбегал в Публичку. Достал романчик. Единственный сказали экземпляр, до наших дней дошедший. Претендует на шедевр.
Я в нете порылся, ни чего о девушке нет. Интересно стало. Не подумайте, что мы, литъискатели, такие активные. Больше говорим. Собираемся и делаем что-то редко, особенно последнее время. Как то в стране не до литературы.  Тут как раз занесло в центр, то же взял почитать Глафиру Завадскую. Мать моя родная, за романом не заметил как три часа пролетело. Давно такого не было, не дочитал, жаль. Да, тут я с Петровичем согласен, надо покопаться.
Обзвонил наших. Как то разом все согласились, в рейд по местам творчества загадочной Глафиры отправится. Такое между нами говоря раз в год бывает. Мы народ взрослый у каждого свои дела. А тут как совпало. Я человек суеверный. Раз так значит и писательница того стоит. Может чего на этот раз интересное найдём. Впервые. Так как почестному, ни чего ни когда не находили… Но, как говорится, важен сам процесс.
Вечерком глянул я на комментарии к своим шедеврам, кои на литературных сайтах покоятся. Лучше не сказать. Меня не густо смотрят, ну не считая своих. Отклика конечно хочется, но и опускаться до уровня дерьма на лопате. Без меня.
Как не странно, к последнему моему шедевру комментариев приросло. Пишет некая личность под погонялом Шахматная фигура. Хвалит, при том так конструктивно, как мне хотелось бы. Настроение лучше стало. Посмотрел произведения этого Шахматного товарища.
Короткие. На страничку, мечта современного читателя, и почему то все о животных. Пришвин херов, то есть нет, этот Бианки. Честно скажу рассказики слабенькие на один сюжетный ход и уж больно все жалостливые. В одном кошечка от голода сдохла, в другом собачку самосвал переехал, голубь крыло отморозил. Варана зимой из дома выгнали, попугай к солнцу улетел… Ветеринар возможно, эта самая фигура шахматная. Однако что меня похвалил спасибо, я ему отписал алаверды лестное, он мне ещё. Честно, комментарии у товарища лучше чем рассказы. Но однако душевно списались, тут у меня мысль, а может привлечь человека в нашу команду литъискателей. Лишний штык как говорится. Ну попросил телефон в личку. Созвонились. Мужик. Голос нормальный, адекватный. Предложению о завтрашней вылазке даже обрадовался. Ну что, ждём.
Договорились встречаться на вокзале. На электричке поедем. Во первых так романтичней, во вторых пробки. А так час езды, до мест героического творчества загадочной Глафиры.
Я раньше всех приехал. Потом стали наши подтягивать. Я всё думал какой он, мой новый литературный друг. Нет он не тёлка, а я не гомосек, красота его меня мало интересует. Просто всегда пытался представить себе человека по его литературным выкладкам. Не когда не получалось, в жизни мы одни, а в текстах другие.
Вот и наш друг появился. Сам меня узнал и первый подошёл.
Представлял я его несколько другим. Полагал, что увижу что то блекло -дружелюбное, субтильного телосложения с подпитым лицом.
Но представшее перед мной разительно отличалось. Лицо не подпитое, а совершенно правильное. Улыбка располагающая, мимика мягкая. Вот телосложение действительно примечательное.
Скажите, вы много последнее время видели горбатых людей. Ага горбатый выходи, именно таких. Я чего то их только в кино помню.
Наш же новый друг реально оказался горбуном. Не низкий правда, так среднего роста.
Поздоровался, познакомился со всеми кто уже подошёл. Представился Глебом. Шутку в тему кинул, в общем первое впечатление весьма приятное. Жаль, что человеку с фигурой не свезло.
Вроде все собрались. Последняя Юлька приползла, наша затаённая секс бомба всегда опаздывает. Глебом то же познакомилась. Показалось мне или нет, но в глазах у неё в этот момент искры замелькали. Нет, похоже я всё же к ней неравнодушен.
Уселись, электричка поехала. По ходу стали трепаться, не о Завадской Глафире, а так каждый о своём. Мы люди разные, а таковым иногда интересно вместе собраться. Глеб кстати как то сразу влился в компанию. При том не то что внимание на себя тянул, а очень все реплики по делу и остроумно. А я ещё думал, будет зануда, с рассказами о мёртвых животных. Что ж хорошего нового товарища притащил. Мне респект.
Разговор зашёл о спорте. Тима наш не как не мог определиться в какой спорт сына отдавать. Буд то как в Шаолиньский монастырь его на всю жизнь сплавить решил. Однако, тема интересная, тут же масса воспоминаний и советов.
Петрович про лёгкую атлетику, Генка про вольную борьбу. Юлька у нас оказывается каратистка. Я, я молчу. Не то что бы не чем не занимался, но не афиширую, дабы имидж не менять.
Речь зашла о травматизме в спорте. Тима, наслушавшись страхолюдных историй, заявил, что сына в шахматы отдаст. В этот момент включился Глеб.
-Какой раз я сталкиваюсь с двумя стереотипами. Первый, пренебрежительное отношение к нашему виду спорта. Второе, что шахматы для физического развития безвредны.-
-А ты что, шахматист? Говоришь нашему спорту. – Вскинул глаза старый следак Петрович.
-Совершенно верно, Алексей Петрович. Я шахматист мастер спорта. Победитель первенства…  Это правда уже давно. Преподаю детям шахматную игру. Это моё основное занятие. И заработок…- Добавил Глеб грустно. Очевидно денег не много.
-О, это хорошо, давайте потом партейку, понимаю что продую.- Петрович явно расположился к Глебу.
Юлька внимательно посмотрела на шахматиста. На сей раз с жалостью во взгляде. Чему я честно, с искренностью порадовался. Горбатый шахматист, как раз для неё.
-А почему вы сказали, что для физического развития не безопасно?- Спросил по делу Тима.
-Вот. Послушайте историю моей жизни. Предположу, что горбунов вы не так много видели последнее время, и обратили на мою стать внимание. Я поверьте к этому уже давным-давно равнодушен. А случилось всё благодаря шахматам.
Отец у меня был детский травматолог и так на травмы спортивные у детей насмотрелся, что решил отдать меня по вашей логике в шахматы. Хотя мальчик я был довольно активный и физически не плохо развит. Однако спасибо отцу. Шахматная игра постепенно увлекла меня необычайно. Я по честному считаю, что для развития детской психики пока не чего лучше не придумано.- Говоря это Глеб просиял, наверное своё дело любил необычайно.
-К тому же, жизнь во многом шахматная партия. Надо только понять где какая фигура, а дальше дело мастерства. Ну, прошу прощения, отвлёкся.
Так вот постепенно шахматы меня увлекли, плюс я был всё таки способным. А у нас как, пришёл ты со школы, пошёл в секцию. Посидел там над доской пару часиков. Потом ещё дома пару часиков. И так каждый день.  Это разумеется если заниматься по настоящему, хотя бы на КМС. Про большее не говорим. Ну и представьте, мальчик изо дня в день ведёт такой, супер подвижный образ жизни. На опорно двигательном аппарате сказывается. Поверьте я наблюдал.
 Про мою травму собственно смешно рассказывать. Мне двенадцать. Поехали мы на турнир по шахматам. Я выиграл, вышел на улицу, а партия ещё в голове . Вдруг какая то девочка, красивая красивая.
-Мальчик, мальчик. Помоги пожалуйста котёнка с дерева снять. Он боится.-
Я смотрю действительно сидит на дереве котяра, боится он или нет, правда, понять сложно. Но такой девочке я отказать не могу. Да и дерево кстати весьма ветвистое по такому только и лазить. Ну я и полез. Другой бы наверное за секунду вскарабкался, а у меня грация как у бегемота. Только я и делал, что по деревьям лазил. Плюс усталость после партии. Короче я сорвался вниз спиной, хорошо что не головой вошёл. Дыхание перехватило не встать, больно.
А девочка смеётся.
-Я же говорила, это шахматист,- подружке. Проспорила ты Светка. Смотри.-
И раз в два прыжка на дерево как обезьяна. Подхватила котёнка погладила и посадила назад на ветку. Тот сам потом с дерево пулей слез. Уселся рядом со мной и чесаться стал. Смешная наверное картина, девчонки ржут. Я вроде продышался. Худо бедно встал…- Гена грустно хмыкнул.
-Конечно это стечение обстоятельств, может дальше и не чего не было если бы не спорт. А спорт настоящий это всегда спорт.
Спина после этого у меня болела сильно. Двигаться конечно мог, но лучше лежать. Родителям не рассказывал, стыдно почему то. Думал отлежусь. Какое, турнир очередной. Надо выступать. Выступил удачно, только зараза долгий он. Больно как сидеть было, но что делать я чемпион. Потом следующий этап, от боли думал упаду. Нет не упал даже выиграл.
Домой припёрся начали ноги неметь. Там уж батя прибежал. Рентген. Перелом позвоночника оскольчатый. Спасибо окончательно не парализовало.  Можно сказать чудом. Восстановился конечно, даже турниров не особо много пропустил. Стоя выступал.
Однако эта дрянь,- Глеб показа на горб, стала расти.
Я теперь детей воспитанников своих в обязательном порядке между партиями гоняю по физухе. Систему специальную разработал. Турник у нас в секции. Мои коллеги смеются, что за многоборье с шахматами. Но поверьте результаты у моих ребят очень не плохие и дети крепкие.-
Глеб закончил рассказ, воцарилось молчание. Первым прервал Тима.
-А можно ваш телефон, может моего парня к вам в секцию привести, а там посмотрим.-
-Да с удовольствием, Глеб протянул визитку.-
На душе у всех как то потеплело, а в глазах Юльки опять искры появились.
Тем временем поезд подошёл к станции.
Вышли. Я кстати здесь пару лет назад был. Не помышлял, что какие то полтора века назад, здесь выдающиеся женщины прибывали. Пошли от станции к домику писательницы. Руководствовались старым планом из путеводителя.
Всю дорогу Генка ныл, что у произведений как у баб, существует не чем не объяснимая притягательность для читателя. Одних вплоть не видят, при чём это шедевры. Ну собственно то, что наш коллектив изыскивает. А на полную галиматью молятся и чуть ли не миллиардные прочтения. За что ни кто не поймёт.
Петрович согласился и начал расписывать методику пиара всякой дряни. Но в принципе я всё равно до конца не понимаю, чего читатель любит. Ну как говорят женщины, любят не благодаря, а вопреки. С литературой то же самое.
Разумеется ,не рассчитывали мы, не домика найти, не тех кто писательницу в позапрошлом веке знал. По честному, повод просто куда то выбраться, с очень туманной целью. Кстати мы иногда чего то находим. Даже пожалуй чаще, чем по теории вероятности полагается.
Не обнаружив в обычном захолустье с пятиэтажками и садовыми домиками для круглогодичного проживания не каких следов Завадской, как по команде вздохнули и начали наш обычный план.
Простой. Подходим к местному жителю и начинаем выяснять, где могила или жилище его великого земляка литератора. Местные или не местные жители, которые и своей школы не помнят, рот раскрывают и пытаются что то мямлить. Сразу не посылают  у нас для этого свои приёмы. От Юлькиного эротического тембра. До повадок Генки. Он когда  в разговор вступит и оппонент поймёт, что не денег просить и не рожу бить уголовник собрался, а о неведомом ему литераторе расспрашивает, искренне радуется. Чуть ли ни сам готов краеведческий музей основать. В общем разводим народ.
 На что? Да как сказать, на то чтоб понимали, есть не только то что на самом видном месте лежит. Пускай мыслями озадачатся, от житейского оторвутся. Конечно и казусы бывали, но на то мы и команда что б выкручиваться.
На сей раз всё шло отлично обработали мы человек пятнадцать, успев им про великую соотечественницу рассказать. Потом каждый из них это своим знакомым передаст, и разойдётся байка про литераторшу. Не канет имя Глафиры Завадской в лету. Хорошее мы дело творим.
Глеб кстати сначала ни  чего не понимал, а потом врубился. Молодец шахматист наверное умеет мысли противника читать.
Следов пребывание Завадской реальных разумеется не нашли. Повторюсь это не главное. Из девятнадцатого века только руины чей то дачи сохранились. Живописные кстати. Мхом развалины поросшие. Даже эхо слышно. Пускай это будет её дом
Погода выдалась отменная, прошлись. Глеб анекдоты травил и всё чаще они с Юлькой вдвоём  вперёд уходили, даже Генка кричал.
-В коллектив в коллектив.-
Прикольно и дёшево пожрали в местной забегаловке, она может с Питерским конкурировать, думал уже так и не кормят. Выпили вестимо. Размяк я весьма.
Немного о себе какое то время назад выявили у меня таинственную опухоль, думал уже конец. Нет выкарабкался. Отнюдь не каждая опухоль это приговор, сами понимаете. Но психика с тех времен поизносилась. Стал я когда то пробитый энергичный циник, сантиментальным батаном. Применю такой термин. Но во всяком случае друзья говорят, что я уже не тот.
Поехали назад, времени путешествие не так много заняло. В электричке так же смеёмся обсуждаем. Глеб с Петровичем в шахматы сразились. У Глеба свои карманные. Петрович выигрывал партию за партией пока не сообразил как мастерски Глеб подаётся, обиделся даже, но потом отошёл.
Я поглядывал в окно. В привычном пейзаже мерещился мне облик давно канувшей в лето писательницы. Не успевшей родить насладится семьёй, еле сводящей концы с концами. Однако сотворившей столько хорошего на земле.
Чего?  Да хотя бы нас вместе собравшей. Какая она всё таки была на самом деле? Я практически влюбился.
Остановка, двери зашипели, в вагон зашла девушка. Ну так лет под тридцать.
От выпитого потянуло меня на эпитеты. Типа глаз не оторвать, само совершенство. В общем то так оно и было. Красива невероятно, а как сложена. Юлька пнула меня ногой.
-Федя, глаза сломаешь.- Меня кстати Федя зовут. Очевидно все наши обратили внимание не только на девушку, но и на мою не чем не прикрытую реакцию. Это ж как меня спиртное стало сбивать…
-Девушка, присаживайтесь к нам.- Как не в чём не бывало предложил Глеб. И как то загадочно улыбнулся. Мы приличные люди. Искатели.-
Незнакомка посмотрела на нашу компанию, я ожидал, что сейчас пошлёт подальше. Но нет, подошла и села.
-А что вы ищете?- Поинтересовалась она. Голос не в пример внешность был малоприятный. Выкуривает  больше собственного веса.
-Вот Фёдор, он у нас главный вам сейчас расскажет.- Глеб опять очаровал улыбкой.
Поняв что моя очередь я попытался рассказать как обычно. Но вперёд бравой речи полезли междометия. Мы это вот как часто , а тут . Знаете, может, не знаете… Нет  у меня ни какой уверенности в собственных силах, стал я какой то другой за последние несколько веков. То есть лет.
Друзья поняв моё положение, бросились выручать. На перебой рассказывая незнакомке что такое литературные искатели и как нашли остатки загадочной усадьбы.
Каждый пытался в разговоре дать мне пас. Но я как болван смотрел влюблёнными глазами и лишь зажёвывал слова. Что то дурманящее на меня сегодня подействовало. А нашу новую пассажирку я уже скрестил с писательницей Глафирой. Вот она какая была.
Нью Завадская весело шутила с нашими. Я только слюнями исходил. Шахматист наш вступил в беседу. А ведь реально общался, как партию разыгрывал, не могу понять почему, но такое у меня возникло ощущение. В результате телефон незнакомки взял. При чём не для  себя, а для меня.
-Пишите, Федя-, произнесла она и громко стала диктовать. Я торопясь занёс в мобильник. Глеб записывать не стал.
Подъехали к городу, стали прощаться.
-Жду звонка,-не понятно для кого громко произнесла Завадская.
Распрощались душевно. Все включая Глеба были в превосходном настроение. А мне под конец как то взгрустнулось. Чуть слезу не пустил…


Возврат к списку


Александр Чистович 21.08.2016 23:03:01

Который Глеб_ горбатый шахматист, так круче него был товарищ Квази Мода (у Витьки Гюги в Церквухи такой-то матери промышлял верёвками от колоколов такой пацанчег, шибко хромой, изрядно горбатый, выпивший по случаю малость метилового спиртяги, оттого и оглохший нахрен). Так вот. Речь о самом главном. Об религиозном празднике Антипасхи, который, в свою очередь, изобрёл усатый дедушка Сталин. А между прочим Сталин был шибко умный. Как утка. Патамушта после его смерти из библиотеки на Ближней даче книги с его пометками были переданы в Институт марксизма-ленинизма. Их оказалось 5,5 тысяч! Помимо словарей и нескольких курсов географии в этом списке значились книги, как древних, так и новых историков: Геродота, Ксенофонта, П. Виноградова, Р. Виннера, И. Вельяминова, Д. Иловайского, К.А. Иванова, Гереро, Н. Кареева, 12 томов "Истории государства Российского" Карамзина и второе издание шеститомной "Истории России с древнейших времен" С.М. Соловьева (СПб., 1896). А также: пятый том "Истории русской армии и флота" (СПб., 1912). "Очерки истории естествознания в отрывках из подлинных работ д-ра Ф. Даннсмана" (СПб., 1897), "Мемуары князя Бисмарка. (Мысли и воспоминания)" (СПб., 1899). С десяток номеров "Вестника иностранной литературы" за 1894 г., "Литературные записки" за 1892 г., "Научное обозрение" за 1894 г., "Труды Публичной библиотеки СССР им. Ленина", вып. 3 (М., 1934) с материалами о Пушкине, П.В. Анненкове, И.С. Тургеневе и А.В. Сухово-Кобылине, два дореволюционных выпуска книги А. Богданова "Краткий курс экономической науки", роман В.И. Крыжановской (Рочестер) "Паутина" (СПб., 1908), книга Г. Леонидзе "Сталин. Детство и отрочество" (Тбилиси, 1939. на груз. яз.) и др.
В середине октября 1941 года Хрущев руководил эвакуацией правительственных учреждений в Куйбышев. Однажды он вбежал к Сталину с сообщением, что немцы уже через час будут в Москве. Но Сталин решил проучить паникера. Он попросил его подождать и начал просматривать бумаги. Прошло двадцать, сорок минут, прошел час. Сталин поднял телефонную трубку, что-то сказал. Потом повернулся к Хрущеву: "Ну, где же твои немцы, Никита?! Где твои немцы?!" - и, свирепея, стал бить его телефонной трубкой по голове.
Директор уральского завода Малышев получил приказ прибыть в Москву. Прибыл. Поскребышев велел ждать в приемной. Через несколько часов мимо прошел Сталин, буркнул: "Вас еще не расстреляли?" Малышев сидел еще два часа, опять появился Сталин и опять спросил: "Вас еще не расстреляли?" Малышев продолжал сидеть. Через несколько часов вышел Поскребышев и сказал: "Можете быть свободны". Оказалось, Сталин получил доклад - у танков, выпускаемых Малышевым, броня недостаточно прочна, и поэтому немцы ее пробивают. Пока Малышев сидел в приемной, в лаборатории шла экспертиза, в конце концов, подтвердившая, что броня соответствует ГОСТу. Пришлось менять Гост и утверждать Святой Праздник Антипасхи!

Sanya-Kasanya 21.08.2016 23:07:57

Дядя Саша, ты забыл добавить про Монфоко́н (фр. Gibet de Montfaucon), про огромную каменную виселицу, XIII века, рядом с Парижем, названную от фр. mont — гора, и faucon — сокол,т.е. Соколиная гора). Одновременно на Монфоконе могло быть повешено до 45 человек. Нет, не наших сосаетников, а обычных втыкателей.

повасик 22.08.2016 10:33:02

Откуда не помню
Докладывают Сталину.
Писатль класик советской литературы Иванов, автор трилогии Детство вождя, Отрочество вождя, Юность вождя. Просил передать что денно и ночно работает над четвертой частью Зрелые годы вождя. Нижайше кланеется и обещает к ноябрю произведение для вас Иосиф Висарионович завершить.
Сталин.
-Скажите у этого писателя Иванова есть квартира?-
-Есть хорошая.-
-Дача...-
-Есть, дача, машина, премии сталинские, Иосиф Висарионович. -
Сталин
-Так что еще ему от меня надо?-

Логин
Пароль
Забыли
пароль?
Новости
Я увидел во дворе стрекозу.
(А. Розенбаум)
«Христианин ты или иудей,
Коран ли держишь в помыслах своих,
молясь о счастье собственных детей,
подумай хоть немного о чужих»…

Я увидел во дворе стрекозу,
Дверь открыл и побежал босиком,
Громыхнуло что-то словно в грозу,
Полетело всё вокруг кувырком.
Пеплом падала моя стрекоза,
Оседал наш дом горой кирпича,
Мамы не было а папа в слезах
Что-то страшное в небо кричал.
Зло плясали надо мной облака,
Мир горел, его никто не тушил,
Кто-то в хаки меня нёс на руках,
Кто-то в белом меня резал и шил.
Я как мог старался сдерживал плач,
Но когда, вдруг в наступившей тиши,
Неожиданно заплакала врач
Понял, что уже не стану большим.
Умирает моё лето во мне,
Мне так страшно, что я криком кричу,
Но кто в этом виноват а кто нет
Я не знаю… да и знать не хочу…
Мне терпеть уже осталось немного,
И когда на небе я окажусь,
Я, на всех на вас, пожалуюсь Богу!
Я там всё ему про вас расскажу…

(Автор слов — Олег Русских)